kurchatkinanatoly (kurchatkinanato) wrote,
kurchatkinanatoly
kurchatkinanato

Categories:

УЧАСТОК ДЛЯ ГОЛОСОВАНИЯ КАК ПОЛЕ БОЯ

  
Ходил и проголосовал. Хотя и осознавал безнадежность своего кандидата. Две причины для голосования было у меня; первая: я всегда верил и продолжаю верить, что Явлинский как президент был бы хорошим вариантом для России. И то количество клеветы, которое высыпается на него со всех сторон и флангов, лично для меня – убедительнейший довод держать за него руку поднятой. Причина вторая: пойти посмотреть, как оно там все нынче происходит, пощупать собственными глазами.

Что же, посмотрел. И вот думается теперь: это что, специально так было задумано? Входя на участок, первым делом натыкаешься глазами на плакат на стене. И невольно начинаешь его читать. Плакат оказывается памяткой должностным лицам избирательного участка, как вести себя, если поступит звонок о заложенном взрывном устройстве. Памятка должностным лицам, а читать, получается, заставляют избирателя. С первых шагов погружая в атмосферу некой тревожности. Словно ты идешь не просто голосовать, а как если бы принимаешь участие в некоем бое. И дальше, если вдруг захочешь сфотографировать участок с расставленными в линейку столами, он для тебя в настоящее поля боя и превратится. Как это и случилось мной.

Понятия я не имел, что по закону о выборах нынешнего года фотографировать членов избирательной комиссии, а тем паче их главу, строжайше запрещено. Вот если бы висело такое предуведомление вместо той самой ненужной избирателю памятки о минировании, это было бы верно, но о таком плакате никто не позаботился.

«Не позволяю фотографировать! Прекратить! Запрещаю! Отдайте телефон!» – с криком бросилась ко мне ЖЭКовского вида дама с пластиком на груди, извещавшим, что это глава местной избирательной комиссии. «Почему?» – было моим естественным вопросом. Закон запрещает, я глава, кто вы такой, сейчас разберемся! – было мне ответом. После чего уже совсем в базарном ключе был востребован милиционер: «Милиция! Милиция! Сюда! Здесь нарушения!» Милиция – майор преклонного возраста, явный отставник – неохотно явился откуда-то из тени и изумленно воззрился на меня: на нарушителя я не был похож. «Он нарушает! Закон не позволяет! А он нарушает!..» – продолжала объявленную войну глава комиссии. Крик ее звучал истинно воплем базарной торговки, у которой украли кошель, но она изловчилась и поймала вора. Какой закон, просветите меня, просил я (так ничего и не сфотографировав), но вразумительного ответа этот пулемет дать мне не мог.

И только спустя пару минут после начала нашего поединка призванная на помощь наблюдатель «от Путина» дала вразумительное объяснение, зачитав со смартфона строки того самого закона о выборах, где говорилось о запрете фотографировать. Тем самым еще более сгустив атмосферу тревожности, которая возникла при входе на участок. Но, во всяком случае, мне стал ясен припадок главы комиссии.

Из обычного своего профессионального интереса я спросил, есть ли на участке другие наблюдатели, не «от Путина». Оказалось, есть еще один, «от Сурайкина». А от Явлинского, поинтересовался я. Были с утра, потом ушли, сказала мне наблюдательница «от Путина». А почему это они ушли, удивился я. А им деньги платят, ответила она. И поэтому они ушли? – удивился я еще больше. Она пожала плечами. Вообще она не обязана была мне отвечать на эти вопросы, но в ответе, что им деньги платят, была такая уничижительность, такое желание унизить их, что я не удержался. А вам не платят? – спросил я. Мне нет, ответила девушка – тоже такого староЖЭКовского типа, только еще не успевшая заскорузнуть. Почему же вы тогда здесь, задал я новый вопрос. Друзья попросили, сказала девушка. Что за друзья? – забросил я крючок. И она естественным образом уклонилась от него. Я общественный советник нашего района, сказала она, мы все, общественные советники, как активные граждане пошли наблюдателями. Ага, добавил я мысленно, и все «от Путина». Но говорить этого вслух уже не стал.

Вот и все. На этом активные боевые действия были закончены, я достал паспорт, расписался в амбарной книге («Сообщи мне его фамилию», – еще раньше бросила глава комиссии той женщине, к которой я должен был подойти), поставил свою галочку, где собирался, проголосовал и отправился восвояси.   
 
Даст Бог жизни, думаю я теперь, после сегодняшнего потешного боя с ландскнехтами великой армии верных чиновников, на плечи которых опирается нынешняя власть, если все так и останется, как оно есть, больше не пойду голосовать, присоединюсь к тем, которые не считают это необходимым. Чудище обло, огромно, стозево… не одолеть его при игре на его условиях. Нет, не одолеть.

Ваш,
Анатолий Курчаткин
Tags: По поводу
Subscribe

Posts from This Journal “По поводу” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments

Posts from This Journal “По поводу” Tag