kurchatkinanatoly (kurchatkinanato) wrote,
kurchatkinanatoly
kurchatkinanato

Categories:

ФИЛЬМ О ВЛАДИМИРЕ МАКАНИНЕ НА «КУЛЬТУРЕ»

Посмотрел вчера на канале «Культура» фильм о Владимире Маканине и был сильно удручен. Есть видеоряд, есть элегический дикторский голос, есть несколько интервью, нарезанных кусками – в том числе, с младшей его дочерью, – и нет самого писателя. Авторы фильма напрочь не сумели показать его масштаб, сущность его дарования, его место в советско-русской литературе, для человека, никогда не слышавшего его имени, просто непонятно, что это за писатель, чем он выделялся среди других, что вообще знаительного написал. Ну, посыпались на него премии в 90-е годы, а потом в «нулевые», так премиями и многие другие были в эти годы отмечены, иные, несмотря на премии, уже и забыты, хотя живы. Ну, не особо любил давать интервью, особенно ТВ-медиа, так что трудно оказалось найти для фильма видеоряд с самим писателем, – так это опять же лишь свойство натуры: одному для сохранения своего писательского «я» нужно держаться в тени, а другой от света «софитов» лишь заводится, и без них это его писательское «я» вянет.

Для создателей фильма совершенно равноценен Маканин первой своей вещи – «Прямой линии» – и Маканин периода, начавшегося рассказом «Ключарев и Алимушкин» в 1978 г. и закончившегося временем 90-х. Равно как и Маканин этого позднесоветского периода и поздний Маканин, автор «Асана». Хотя в интервью А. Битова есть подсказка, где рыть и чего искать – именно «Ключарева и Алимушкина» он называет в качестве исходной точки, но так это поминание и остается не более чем поминанием, встраиваясь в ряд с поминанием других его вещей.

А между тем Владимир Маканин был действительно таким явлением в нашей позднесоветской литературе, о котором можно и должно говорить как о значительном явлении – по самому разгамургерскому счету. Ко всему тому литературная судьба его была поистине драматична. Написав и опубликовав 28-летним молодым человеком «Прямую линию», сорвав ею критические аплодисменты – хотя и не такие оглушительные, как Василий Аксенов, далеко не такие оглушительные, и тому есть причины в самой этой повести, затем Маканин на целые полтора десятилетия потерял «голос». То, что он писал в этот период, все эти повести о Светочке-товароведе, о молодом писателе, тратящем свое время на собирание с портативным магнитофоном разнообразных мнениий о кинематографическом мэтре, чтобы понять, что за существом был этот мэтр, многочисленные рассказы-случаи, не выходящие в смысловом плане за описание случая – все это напоминает литературные сценарии для будущего кинофильма, которому и должно стать собственно художественным произведением. Но между «Прямой линией» и этими вещами была мало кому известная повесть «Безотцовщина», тоже, к сожалению, в целом не очень удачная, но в ней были поразительные прорывы, такие, скажем, как эпизод с изнасилованием группой дезертиров матери героя, маленького мальчика, написанный просто, без всяких аффектаций и при этом обдающий поистине древнегреческой трагедией. «Только бы не забеременеть, только бы не забеременеть», слышит мальчик, как приговаривает в ужасе за кустом мать, и это последнее, что у него сохранится в памяти о ней: живой женщина насильникам не нужна – чтобы не навела на них.

Вот к уровню этого эпизода Маканин и шел долгие годы, блуждая, спотыкаясь, ошибаясь в направлении своего движения – и выйдя наконец «к свету» в «Ключареве».

Но ничего об этом его тяжелейшем пути – обретения писателем самого себя – в фильме нет.

Как нет по-настоящему и рассказа о том его физическом страдании, что было пронесено им через всю жизнь. В данном случае я имею в виду травму, перелом позвоночника, перенесенный им все в той же молодости. В фильме о том говорится, даже с деталями, но ведь та травма тянулась за ним всю его жизнь, мешала ему и отравляла ее, и если верить одной публикации в «Снобе» пару лет назад, стала в конце концов и причиной его тяжелой кончины. Вот линия жизни, вот судьба! – но авторы завершают фильм снятой кем-то и когда-то (ими же?) сценой с Маканиным в инвалидной коляске, ничего не говоря об этой линии судьбы, этой мистической расплате за писательской успех, как то часто и случается что у писателей, что у художников, что у актеров.

И была еще у него одна травма, психического рода, очень тяжелая, неизбывная, также протянувшаяся через всю жизнь. Впрочем, следов ее в творчестве Маканина я не вижу, он старательно не допускал даже ее следов в свою писательскую судьбу, и, если авторы фильма знают о ней, но ничего о ней не сказали, то вот за это им мое уважение.

А напоследок скажу, что авторы фильма не особенно выбиваются своей работой из общего потока таких фильмов-рассказов о писателях. Актерам, художникам как-то больше везет на «Культуре», а вот писателям не особо. Обычно о писателях – поверхностно, легковесно, без понимания сущности их творчества, их значения. И обычно, когда приходится увидеть такой фильм, я молчу – молчание все же золото! – но в этом случае не могу не высказаться. И не были мы особо близкими друзьями, и часто, когда случался у нас какой-то серьезный разговор, между нами искрило, и сильно, есть у меня и обида на него – впрочем, давно изжитая, – но все же никого я из своего поколения (хотя Маканин и был несколько постарше) не ощущал творчески столь близким себе, как его. И что говорить, мне бы хотелось видеть фильм о его судьбе во всей ее полноте, а не расвеченную внешнюю картинку.

Ваш,
Анатолий Курчаткин
Tags: ЛИТЕРАТУРА
Subscribe

Posts from This Journal “ЛИТЕРАТУРА” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments

Posts from This Journal “ЛИТЕРАТУРА” Tag