kurchatkinanatoly (kurchatkinanato) wrote,
kurchatkinanatoly
kurchatkinanato

КАК Я НАУЧИЛСЯ ЗАСТЕГИВАТЬ ПУГОВИЦЫ НА РУБАШКЕ

Должно быть, мне было года три с половиной, чуть больше. Несколько месяцев назад мы перебрались в «новую квартиру» по улице Ворошилова, которая тогда называлась еще так, а позднее, уже при Хрущеве, после отставки ближайшего соратника Сталина, будет переименована в «Имени XXII партсъезда», как называется и по сию пору. По мне, так лучше бы оставалась Ворошилова, чем так дико – Имени XXII партсъезда, – тем более что мой дед со стороны отца, Александр Степанович, дедушка Саша, был похож на соратника Сталина, небольшими усами, наверное, которые носил всю жизнь, еще с годов службы в царской армии, так что казалось, что улица Ворошилова – это в какой-то степени в честь деда. Странно? Но таковы выверты детского сознания. Тем более что я только-только начал осознавать себя.

Нет, не совсем только-только. Я, например, и сейчас прекрасно помню, как мы с бабушкой Катей, матерью моей мамы, идем в этот «новый дом» из «старого», чтобы уже остаться в нем и жить там. Идем по деревянному тротуару по улице Ильича – такому настилу из досок, поднятому коробом над землей, – идем по асфальту мимо «стоквартирного дома», тогда еще неоштукатуренного и глядящего на белый свет мрачным темно-красным кирпичем кладки, идем мимо «Гастронома» на углу Банникова и Красных партизан, через большие светящиеся окна которого виден мясной бело-мраморный прилавок с лежащими на нем кусками мяса на кости и рядом – двузубыми большими вилками, чтобы можно было воткнуть их в кусок, перевернуть, осмотреть со всех сторон. Смутно в памяти и еще два-три эпизода из более раннего возраста – такие вырезанные из некой туманной непроницаемой массы расплывчатые картины, словно написанные кистью импрессиониста.   

Но в три с половиной я уже твердо осознавал себя именно как «я» в потоке времени и окружающей жизни: связывал себя с окружающим миром, чувствовал свое место в нем, и дни не отслаивались один от другого, каждый сам по себе, а уже вязались цепью, каждый новый был схвачен с предыдущим, за каждым прожитым должен был прийти следующий, так же крепко сцепленный с этим минувшим, как и все прочие.

Новая наша «квартира» была двумя смежными комнатами в квартире с соседями, наши с сестрой кровати стояли в дальней, запроходной комнате, и бабушка Катя тоже спала с нами. Вечером, ложась спать, я крупно повздорил с нею. Скорее всего, я сделал что-то, что ей не понравилось. Или она заставляла меня сама сделать что-то, а я не хотел. Во всяком случае, она очень рассердилась на меня. Я лег не в облаке любви и ласки, а в туче гнева и молниевого недовольства мной – отверженный, осужденный, наказанный вечным порицанием.

С сознанием этой павшей на меня тучи я и проснулся утром. Не помню никого, кроме нас с бабушкой. Где была вечером сестра? Где были отец с матерью? Их никого нет в той картине, что у меня в памяти. Как нет их и на утро. Но утром понятно: отец с матерью на работе, а сестра, старше меня на два с половиной года, видимо, в садике. И вот, проснувшись, помня вчерашнее, я не смею, как то было еще вчерашним утром, звать бабушку – чтобы она помогла мне подняться одеться. Отныне мне надеяться не на кого, отныне мне предстоит жить самостоятельной жизнью.

Я беру со спинки кровати рубашку и начинаю надевать ее. Это горчичного цвета, с каким-то, непомнимым мной сейчас рисунком байковая (из «легкой» байки) рубашка, бабушка сама сшила мне ее, я хожу в ней постоянно, других и нет, и в рукава я всовываюсь самостоятельно, тут все прекрасно, а вот с пуговицами у меня проблема. Просунуть пуговки в петельки до сегодняшнего дня мне не удавалось еще ни разу. Ну, это сложное, трудное дело! Пуговица выскальзывает из пальцев, ты толкаешь, толкаешь ее в петельку, а петелька такая маленькая, такая узкая, почему их не делают больше, это же нечестно, что они такие маленькие и узкие – совершенно непонятно, как у взрослых получается просунуть пуговку в петельку.

Сегодня, однако, звать бабушку невозможно. Я начинаю застегивать рубашку – и ничего, конечно, не получается. Не получается, не получается, не получается… Но странно, вдруг я обнаруживаю, что уже застегнуты две пуговицы. Две! Как? Но застегнуты! Я застегиваю их целую вечность. Вечность, вечность, не меньше. И в конце концов застегиваю все.

С чувством вины и готовности вновь окунуться во вчерашнюю бурю я выхожу из своей комнаты в комнату «большую». Бабушка, увидев меня, приветливо и радостно улыбается: «Проснулся! И сам оделся! Все пуговки застегнул!» Я ничего не понимаю. Почему она сегодня со мною добра? Где вчерашний гнев? Я ведь действительно был виноват, очень виноват, но вины своей признавать не хотел. Не веря неожиданному своему счастью, я бормочу что-то про то, что невелико дело – самому одеться, я всегда так могу, а она восклицает: «Нет, но даже пуговки застегнул!» И тут я понимаю, что сделал то, чего не мог еще вчера. Обрел новый навык, овладел новым умением. И все благодаря осознанию, что теперь я должен жить самостоятельно.

Три с половиной года мне было. Полезно же человеку оказаться со стихией жизни один на один. Но что за радость охватывает тебя, когда после твоего единоборства с нею вдруг оказывается, что нет, ты не одинок, есть люди, которым ты дорог, которые любят тебя и готовы простить твое несовершенство. От осознания этого пуговицы застегиваются теперь у тебя всегда и на всем. Забавно звучит: в благодарность за их любовь.

И, может быть, эта благодарность и есть твоя ответная любовь.

Ваш,
Анатолий Курчаткин
Tags: Жизнь
Subscribe

Posts from This Journal “Жизнь” Tag

  • МОСКВА – НОВЫЙ НЬЮ-ЙОРК

    Октябрь в Москве бьет температурные рекорды. Или не бьет? Или и прежде бывало такое: вот пять дней его минуло, а дневная температура добирается до…

  • РИМСКИЕ ПАТРИЦИИ И МЫ

    Ты борешься за жизнь, потому что в твою психику, как позвоночный столб в твою плоть, всажен инстинкт самосохранения. Он держит тебя и не дает…

  • СУББОТА 22 АВГУСТА 2020 г.

    Лето заканчивается. Температура воздуха 24 градуса по Цельсию. Навального в коме доставили в Германию. В Белоруссии Лукашенко привел вооруженные…

  • МУЖЧИНА И ЖЕНЩИНА. ПОВОД ДЛЯ ВЫЯСНЕНИЯ ОТНОШЕНИЙ

    – Человеку жить одному невозможно, – сказала она. – Но и вместе жить – также. – Мудрая мысль, – сказал…

  • БОЛЕЗНЬ - ЭТО НОВЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ

    Вид на Москву с 8-го этажа клиники Сеченовского университета (бывш. 1-го Меда) Вид на Москва-сити с 8-го этажа клиники Сеченовского…

  • ЗА СТЕНОЙ

    Временами я слышу за стеной тяжелый стон изнеможения. За стеной – соседняя квартира. Стена не капитальная, и громкие звуки проникают через…

  • СЮЖЕТЫ. ИСТОРИЯ МОЕЙ ТЁТУШКИ

    Это произошло еще до моего рождения, и я знаю историю из уст родственников – фраза от того, слово от другого, так и сложился пазл. Дело…

  • ВДОГОНКУ «ЛИПКАМ», КОТОРЫЕ В УЛЬЯНОВСКЕ. ВЕРНЕЕ, ОДНОМУ МОЕМУ РАССУЖДЕНИЮ ТАМ НА МАСТЕР-КЛАССЕ

    Помнится, я как-то уже писал пост о сюжетности жизни, который так и назывался: «Жизнь сюжетна!» И вот именно так, с восклицательным…

  • ПАРЕНАЯ РЕПА

    Мы с племянником на его день рождения ходим обычно на выставки. Благо, выставки в Москве не переводятся, а день рождения раз в году, так что…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments