kurchatkinanatoly (kurchatkinanato) wrote,
kurchatkinanatoly
kurchatkinanato

НОВЫЕ ДАЧНИКИ

Своей дачи выехать за город в летнюю пору у меня нет уже более десяти годов. В переделкинско-литфондовском обиталище было мне отказано – кажется, такая участь из всех «сорокалетних», просивших что-то в Переделкино у Литфонда, постигла нас двоих с Русланом Киреевым.

За город летом все эти годы ездим мы с Верой по приглашению друзей – когда им бывает удобно дать нам приют на несколько дней. К некоторым друзьям ездим из года в год настолько постоянно, что стали в округе уже вроде как своими, нас узнают, и знаем соседей мы, не исключая, выражусь так, и «идеологии» их существования.

В поселке под одним крупным  и известным подмосковным городом мы бываем особенно часто. Хозяева дачи – две немолодые сестры, дом у них кирпичный, но очень небольшой, миниатюрный даже, давних советских лет постройки, и все хозяйство – тоже еще советской поры: вода на участке – в ведрах с колонки, магистрального газа, хотя эта самая магистраль проходит вдоль улицы, нет, туалет – то самое отхожее место, прикрытое дощатым скворечником, в которое, если прижмет в дождь, нужно бежать в резиновых сапогах и дождевике. И от магистрального газа, и от воды на кухне, текущей из крана, как, равным образом, и клозета в доме, они бы не отказались, но это деньги, деньги! – а денег этих все эти годы, что они владеют дачей, им недостает, хватило бы на еду.

Двенадцать лет назад, когда мы стали регулярно посещать их, вокруг, в соседстве стояли дома того же рода, и обладатели «усадеб» были людьми простыми, в чем-то даже и очень. Те, что справа, попивали и в отсутствие сестер полагали своим правом проникнуть на их участок (благо, шаткие штакетниковые заборы то позволяли) и вволю пошерудить по нему, не гнушаясь и самим домом, то ли в поисках какой вещицы, которая пригодилась бы в собственном хозяйстве, то ли такой, которую можно будет толкнуть где-нибудь за деньги и купить бутылку-другую. Те, что жили слева, кормились с сада-огорода: что вырастили – на рынок, и потому, если в пору созревания урожая сестры на пару дней исчезали с участка, следовало ждать обобраных смородины или крыжовника. При этом, если кто-нибудь из правых или левых соседей засекал своих «коллег» на участке сестер, то непременно докладывал им потом о проделках шкодников – с явной целью показать свою личную непричастность ко всем происшествиям с пропажами.

В домах на другой стороне улицы вообще никто не жил. Год от году дома все заметнее ветшали, в них выбили стекла в окнах, выломали рамы, в некоторых рачительные хозяева с соседних улиц поотрывали обшивку веранд, утащив вполне еще годную в дело вагонку для нужд собственного хозяйства. В общем, все как обычно в нашей советско-русской усадебной жизни.

Но мало-помалу вокруг сестер происходили перемены, и сейчас лишь еще один дом (не считая дома сестер) – справных хозяев, что держали и держат корову, единственную на десятки хозяйств в округе! – напоминает о прошлом. Новый мир возник вокруг сестер – мир новых дачников, ловко и живо поставивших вместо прежних бревенчатых развалюх замечательные двухэтажные коттеджи, спроектированные явно архитекторами, а не разработанные доморощенной фантазией владельца.

Прежние соседи справа спились и умерли. Участок купил у наследников глава одного из полузакрытых небольших подмосковных городков. Соседи слева – там умер глава семьи, но дочь его незадолго до ухода из жизни отца вышла замуж за местного банкира, и тот круто и властно направил жизнь семейства по новому пути. Участки на другой стороне улицы тоже обрели новых хозяев: директор какого-то завода в соседнем районе, какой-то московский чиновник, еще один чиновник – но уже из подмосковного правительства.

Все они внешне не похожи друг на друга. Глава муниципального образования – невысок ростом, брюхаст, лыс, с удивительно непримечательным круглым, похожим на блин лицом, машина его – малиново-респектабельная «Вольво», ему лет пятьдесят, чуть за. Директор завода тоже небольшого роста, но сух что сложением, что чертами лица, даже некоторая омертвелость есть в этих сухих чертах его лица – кажется, там все выпито и высушено внутри до полной бесстрастности, бесчувственности, очерствелости. Ему уже под шестьдесят, и он то приезжает с шофером на служебном «Фольксвагене», то лично за рулем на черном «Мерсе». Банкир молод, порядком до сорока, лицо его сохраняет известную свежесть недавней юности, но эта свежесть как бы припорошена некой пылью, золой прогоревших страстей и мечтаний – лицо его, в общем-то, так же невыразительно и словно замкнуто на некий замок, как и у главы города, у директора завода. Машина, на которой он ездит, его собственная, он всегда за рулем сам, а марки он меняет чаще, чем иной свой повседневный костюм.

Все то же , что об этих троих, следует сказать и о чиновниках. От пятидесяти до шестидесяти, сухи, замкнуты, неразговорчивы, и, когда случается, отправившись за водой на колонку, столкнуться с ними, то, поздоровавшись, не понимаешь, то ли они ответили тебе, то ли нет, а то ли просто послали тебя с твоим пожеланием здоровья сквозь зубы куда подальше.

Они и друг с другом не общаются. Холодны и неприветливы друг с другом, словно боятся пустить в свою жизнь кого-то, не имеющего к ней прямого, непосредственного отношения. Такое ощущение, будто каждый из них живет в некоей капсуле, в которой ему надежно и уютно, и он безумно боится утратить эти уют и надежность. Похоже, что небезосновательно: дом каждого из них – это сотни тысяч долларов, едва ли эти дома были построены на легальные доходы.

Еще одно объединяющее их сходство. Поразительное отсутствие интеллекта на лицах. Нет, речь не о житейском уме, которого у каждого из них, видимо, вполне достаточно, а именно об интеллекте. Вот печати чего нет на их лицах, так нет.

И не знаю, свойственно ли это всем, но глава муниципального образования ко всему прочему удивительный жлоб. Незадолго до того, как ему стать хозяином участка, сестры, чтобы хоть как-то обезопасить себя от посещений соседей-пьянчуг, поднатужившись, поставили между участками новый забор из сетки-рабицы. Став хозяином участка, глава небольшого городка, не уведомив их, снес рабицу и поставил высокий металлический забор, «изнаночной» частью со всеми столбами и креплениями, естественно, в их сторону. Потом ему потребовалось сделать себе ответвление от газовой магистрали и от колонки. Газовое ответвление при этом должно было для удешевления пройти через участок сестер. В обмен на разрешение провести трубу через их участок он пообещал позволить им бесплатно подключиться к его ответвлению (все равно для себя-то ведь тянет!). Сестры ждали-ждали, когда он сообщит им, что пора подключаться, спросили наконец, и он, все с тем же непроницаемым своим, бесчувственным лицом, вопросил: «Я? Обещал вам? Что за чепуха. Я себе все провел. Хотите подключиться ко мне – платите». И назвал сумму, которая далеко превышала их возможности.

Любопытная вещь: среди этих новых дачников, что возникли вокруг сестер, нет ни одного реального предпринимателя. Все в той или иной степени питаются от бюджета, и директор заводика – тоже, по сути. Это все люди того же советского уклада и правил жизни, лишь получившие доступ к новым возможностям. Может быть, в условиях этих новых возможностей  выявившие (и проявившие) свою истинную человеческую сущность.

Кстати, соседство с сестрами, судя по всему, весьма травматично для главы подмосковного муниципального образования. Он уже не раз предлагал им продать ему их участок. Но в соответствии со своей натурой покупать участок за его истинную стоимость не хочет, предлагая всего лишь треть от той. А захотите кому другому продать, ничего у вас не выйдет, говорит он. Это почему же, интересуются сестры, хотя и не собираются пока ничего продавать. Потому что для продажи нужно согласие соседей, говорит глава муниципального образования. А я вам своей подписи никогда не поставлю. Похоже, он надеется, что время течет и работает на него.

Ваш,
Анатолий Курчаткин.
Tags: Жизнь
Subscribe

Posts from This Journal “Жизнь” Tag

  • МОСКВА – НОВЫЙ НЬЮ-ЙОРК

    Октябрь в Москве бьет температурные рекорды. Или не бьет? Или и прежде бывало такое: вот пять дней его минуло, а дневная температура добирается до…

  • РИМСКИЕ ПАТРИЦИИ И МЫ

    Ты борешься за жизнь, потому что в твою психику, как позвоночный столб в твою плоть, всажен инстинкт самосохранения. Он держит тебя и не дает…

  • СУББОТА 22 АВГУСТА 2020 г.

    Лето заканчивается. Температура воздуха 24 градуса по Цельсию. Навального в коме доставили в Германию. В Белоруссии Лукашенко привел вооруженные…

  • МУЖЧИНА И ЖЕНЩИНА. ПОВОД ДЛЯ ВЫЯСНЕНИЯ ОТНОШЕНИЙ

    – Человеку жить одному невозможно, – сказала она. – Но и вместе жить – также. – Мудрая мысль, – сказал…

  • БОЛЕЗНЬ - ЭТО НОВЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ

    Вид на Москву с 8-го этажа клиники Сеченовского университета (бывш. 1-го Меда) Вид на Москва-сити с 8-го этажа клиники Сеченовского…

  • ЗА СТЕНОЙ

    Временами я слышу за стеной тяжелый стон изнеможения. За стеной – соседняя квартира. Стена не капитальная, и громкие звуки проникают через…

  • СЮЖЕТЫ. ИСТОРИЯ МОЕЙ ТЁТУШКИ

    Это произошло еще до моего рождения, и я знаю историю из уст родственников – фраза от того, слово от другого, так и сложился пазл. Дело…

  • ВДОГОНКУ «ЛИПКАМ», КОТОРЫЕ В УЛЬЯНОВСКЕ. ВЕРНЕЕ, ОДНОМУ МОЕМУ РАССУЖДЕНИЮ ТАМ НА МАСТЕР-КЛАССЕ

    Помнится, я как-то уже писал пост о сюжетности жизни, который так и назывался: «Жизнь сюжетна!» И вот именно так, с восклицательным…

  • ПАРЕНАЯ РЕПА

    Мы с племянником на его день рождения ходим обычно на выставки. Благо, выставки в Москве не переводятся, а день рождения раз в году, так что…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments

Posts from This Journal “Жизнь” Tag

  • МОСКВА – НОВЫЙ НЬЮ-ЙОРК

    Октябрь в Москве бьет температурные рекорды. Или не бьет? Или и прежде бывало такое: вот пять дней его минуло, а дневная температура добирается до…

  • РИМСКИЕ ПАТРИЦИИ И МЫ

    Ты борешься за жизнь, потому что в твою психику, как позвоночный столб в твою плоть, всажен инстинкт самосохранения. Он держит тебя и не дает…

  • СУББОТА 22 АВГУСТА 2020 г.

    Лето заканчивается. Температура воздуха 24 градуса по Цельсию. Навального в коме доставили в Германию. В Белоруссии Лукашенко привел вооруженные…

  • МУЖЧИНА И ЖЕНЩИНА. ПОВОД ДЛЯ ВЫЯСНЕНИЯ ОТНОШЕНИЙ

    – Человеку жить одному невозможно, – сказала она. – Но и вместе жить – также. – Мудрая мысль, – сказал…

  • БОЛЕЗНЬ - ЭТО НОВЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ

    Вид на Москву с 8-го этажа клиники Сеченовского университета (бывш. 1-го Меда) Вид на Москва-сити с 8-го этажа клиники Сеченовского…

  • ЗА СТЕНОЙ

    Временами я слышу за стеной тяжелый стон изнеможения. За стеной – соседняя квартира. Стена не капитальная, и громкие звуки проникают через…

  • СЮЖЕТЫ. ИСТОРИЯ МОЕЙ ТЁТУШКИ

    Это произошло еще до моего рождения, и я знаю историю из уст родственников – фраза от того, слово от другого, так и сложился пазл. Дело…

  • ВДОГОНКУ «ЛИПКАМ», КОТОРЫЕ В УЛЬЯНОВСКЕ. ВЕРНЕЕ, ОДНОМУ МОЕМУ РАССУЖДЕНИЮ ТАМ НА МАСТЕР-КЛАССЕ

    Помнится, я как-то уже писал пост о сюжетности жизни, который так и назывался: «Жизнь сюжетна!» И вот именно так, с восклицательным…

  • ПАРЕНАЯ РЕПА

    Мы с племянником на его день рождения ходим обычно на выставки. Благо, выставки в Москве не переводятся, а день рождения раз в году, так что…