Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

Мои книги

Здесь, на сайте LitRes, несколько (12) моих книг в цифровом формате, выходивших в разные годы в различных издательствах и журналах. Чтение возможно с любых электронных устройств:
https://www.litres.ru/anatoliy-kurchatkin/

Из читательских рецензий на сайте:

"Книга мне очень понравилась. Прочитала неделю назад и не перестаю думать о героях, сюжете. Для меня – это главный признак хорошей качественной литературы. Легко читается, прекрасный язык, интересные повороты сюжета. После прочтения осталось впечатление свежести и чистоты, ну и конечно, немного печали (кто прочтет, поймет почему)".

"Прочитала на одном дыхании!!! Интересный сюжет. Читается легко. У этого автора много замечательных произведений, прочитала уже не одну книгу".

"Очень понравилось!
Пишет интересно,чувствуется, что у писателя есть и идеи, и идеалы. У него главный герой мужчина, а не современное бесполое существо".

НАШИМ ЖЕ САЛОМ ДА НАМ…

Какое-то время назад я перестал смотреть телевизор. Это произошло само собой. Я не ставил перед собой некой цели – что-то доказать самому себе, что-то отрицая и не принимая. Я не говорил себе: не такой уж я дебил, чтобы смотреть его. Просто телевизор перестал занимать меня. Напрочь. Я даже не сразу заметил, что не смотрю его. А наконец заметив, еще и удивился.

Сейчас же ловлю себя на ощущении, что скоро могу отказаться от интернета. Не скажу, что мне совсем нечего в нем смотреть. И не в том дело, что исчезло благодатное чувство новизны. Оно, конечно, исчезло, но моя психика вовсе не нуждается в постоянной подпитке «остреньким», я по природе своей скорее склонен к пресности постоянства.

Слишком велика стала степень мусорности – вот причина. Мусор лезет из всех щелей, забивает своим «шумом» все сущностное, его, это сущностное, приходится выковыривать из груд косноязычных, безграмотных и просто глупых писаний, как изюм из знаменитой калорийной булочки времен СССР. Так те калорийные булочки и сами по себе были вкусны и питательны, а у мусора какая питательность, отрава она и есть отрава.

Что, однако, может заменить интернет? Книга, конечно, и только она. Но и с книгой теперь проблема. То, что можно назвать действительно Книгой, тонет в книжном мусоре подобном интернетовскому.

Впору называть время, в которое живем, мусорным.

Вот тебе достижения интеллекта, вот тебе планшеты и смартфоны! Нашим же салом да нам по сусалам, слышал я однажды в молодости поговорку, и она со своей яркой выразительностью отпечаталась у меня в памяти на всю жизнь. Теперь она вспоминается мне все чаще.

Ваш,
Анатолий Курчаткин

МУЖЧИНА И ЖЕНЩИНА. ПОВОД ДЛЯ ВЫЯСНЕНИЯ ОТНОШЕНИЙ



– Человеку жить одному невозможно, – сказала она. – Но и вместе жить – также.

– Мудрая мысль, – сказал он.

– Давай будем жить с тобой гостевым браком, – продолжила она.

– Это еще более мудро, – ответил он.

– Только надо подумать, как это устроить. – Раздумчивость появилась в ее голосе.

– Так подумай, – тотчас отозвался он. – Ты же умная.

– Мудрость и ум – разные вещи, – в голосе ее прозвучала нравоучительность.

– То есть ты хочешь сказать, что не умная? – Он не смог скрыть иронии.

– А ты как думаешь? – Похоже, ее задели его слова.

– Поздно мне думать. – Он как отмахнулся от ее вопроса. – Нужно уж было с самого начала гостевым.

– Это с какой стати?! – Укор и обида обрушились на него.

– Так ты же говоришь, что гостевой – лучше обычного.

– Так с самого начала зачем же гостевой?

– Тем более зачем сейчас? – вопросил он.

Некоторое время она смотрела на него молча, потом вздохнула и сокрушенно махнула рукой:

– Вот так всю жизнь: всегда мы поступали так, как хочешь ты!

И они продолжили заниматься лепкой пельменей – занятием, от которого оторвались в споре, как лучше защипывать тесто: намочив пальцы или, наоборот, сухими руками. Пельмени лепились к приезду внуков.

Ваш,
Анатолий Курчаткин

ВРЕМЕНА НЕ ВЫБИРАЮТ, В НИХ ЖИВУТ И… ЖИВУТ!

 

Прожита почти половина этого нынешнего апреля. То, что начиналось сначала как  забота о пожилых, охватило уже всех: сиди дома и не высовывай носа дальше ста метров. А нужно дальше – проси у Большого брата пропуск, докладывай о себе – куда, зачем, не нужно еще, кажется, сообщать почему. Я, в общем, не против, с какой стати противиться вполне разумному (хотя не доброму и не вечному). На улицах, однако, – стаи подростков, ржущих при виде тебя в маске, а если кто их возраста, так еще и харкающих демонстративно в его сторону, в магазинах попробуй кого попросить отодвинуться хотя бы на полметра – о полутора и говорить не приходится! – облают так, что трудно не обернуться собакой самому. В аптеках – ничего спиртосодержащего, хлоргексидин не выше 0,05 процента при результативности от 0,2 и выше. Ну, и масок тоже нет, а бинты – как рядно́, и в двадцать слоев такой сложи – а все для этого Ковида, что Земля для нейтрино: пролетит насквозь – и не заметит преграды.

Когда-то я полагал, что затворничество – благотворнейшее состояние жизни для писателя.Collapse )

ПРИРОДА ОТДАЕТ СТОРИЦЕЙ

Какой-то пришедший с юга циклон, говорят синоптики, стоит над европейской Россией. В июле днем температура была +17 и сейчас около того. Откроешь окно (а не открыть нельзя – батареи, слова те Господи, разогреты теплоцентралью) – и с проредившихся, играющих жидким желтым листом ветвей тебя тотчас обдаст птичьим пением. Ну, лето, лето! Владельцы загородных фазенд в пятницу оглашенно носятся из магазина в магазин – «уголь для мангала есть? да может, пакет где-нибудь завалялся?» – дышат в километровых пробках выхлопными газами, чтобы провести еще, последний, может быть, уик-енд на природе, шурша сухим палым листом, что ярким персидским ковром укрыл землю, прочищая легкие его кружащим голову спиртовым запахом.

Те, кто фазендой не разжился, в субботу-воскресенье толпами валят в парки. Collapse )

«СЧАСТЬЕ ВЕНИАМИНА Л.» – РАССКАЗ, НАПИСАННЫЙ НАКАНУНЕ ЭПОХИ (первая подача)

Этот рассказ – «Счастье Вениамина Л.» – написан мной уже двадцать лет назад, в самом конце 90-х. Многим кажется, что в другую эпоху. Вроде бы так, в другую. Но только чисто внешне. Ростки нынешней, и очень крепкие, деревеневшие час от часу, были явны уже и тогда. Та эпоха неизбежно должна была завершиться нынешней. Хотя, конечно, я это говорю сейчас, когда все стало окончательно ясно. А тогда ясно еще не было, и понятийно я не был готов формулировать именно так.

Но чисто художественное чутье о том, видимо, свидетельствовало. Результатом чего и возник этот рассказ. Он был опубликован в журнале «Знамя» – № 7, 2000 г., затем в моей книге, получившей название именно по этому рассказу – «Счастье Вениамина Л.», М., Центрполиграф, 2002 г. Последнее время, думая о нынешнем времени и о том, что случилось со всеми нами, я постоянно вспоминаю этот свой рассказ. Посему и републикую его здесь.

Ваш,
Анатолий Курчаткин

Анатолий Курчаткин
«Счастье Вениамина Л.»
рассказ
                                                         


Как же его зовут? Вениамин Л. не мог вспомнить.
Его звали Вениамином, его фамилия начиналась с буквы "Л", но он не мог вспомнить этого. Он вообще ничего не помнил о себе. Он знал, что он – это он, он ощущал свое тело, воспринимал мир вокруг себя, все видел и слышал, осознавал, что это значит, но сам для себя он был чистый лист. Только не белый. Мутно-серый. Грязно-серый. Словно бы на этом листе было много чего написано, потом смыло, размазало все письмена, как мокрой тряпкой, и вот он стал таким – чистым от каких либо записей, но грязным.  
-Иди пожри, – позвали    его.
Мысли об имени тотчас отлетели от Вениамина Л. – как и не возникали. О, он жутко хотел жрать, жутко. Ему сводило челюсти  от  голода, под ложечкой насквозь  просвистывало болью от выделявшегося желудочного сока.

Collapse )

ПАРЕНАЯ РЕПА

Мы с племянником на его день рождения ходим обычно на выставки. Благо, выставки в Москве не переводятся, а день рождения раз в году, так что какое-нибудь эскимо, если не крокодил Гена, то Третьяковка непременно подгонит.

В нынешнем году Третьяковка подогнала Репина.

Кто ж не знает Репина! «Бурлаки на Волге», кто не проклинал их в школе с их лохмотьями и изможденными лицами, сочиняя контрольное сочинение про тяжелую народную долю в царской России. А потом про запорожцев, пишущих свое матерное письмо турецкому султану. А потом про «Не ждали» – и чтоб непременно сказать про несломленность политкаторжанина, несмотря на его изможденный вид. А еще Иван Грозный после разборки со своим сыном, Крестный ход в Курской губернии… в общем, Репин, он и есть Репин, проще пареной репы, недаром его фамилия происхождением от этого овоща.

Однако же редко кто ел эту пареную репу, не имеем даже представления о ее вкусе, и почему не попробовать, если дают? Пусть и небесплатно. Шестьсот рублей за билет, десять, иначе, долларов – вполне себе европейская цена, можно сказать, в чем-чем, а тут догнали.

Желающих приобщиться этого самого простого блюда русской кухни оказались толпы и толпы. Не помню я, когда и видел такие. Такие табуны паслись у иных картин, что увидеть их нужно было исхитриться. И это в будний день, в середине недели.
Collapse )

ПРАЗДНИК СОЛДАТСКОЙ КОТЛЕТЫ

День защитника отечества.

Действительно праздник?

Кто такой защитник?

Что есть отечество, которое он защищает?

Отслуживши в свою пору от звонка до звонка три года своей срочной службы, никогда потом не чувствовал этот день праздником (ну, в армии-то в этот день котлету на обед давали, почувствуешь!), никогда (и в пору службы тоже!) не чувствовал себя защитником, а образ отечества никогда, никак не связывался с тем понятием, которое навязывалось на занятиях по политинформации.

А что же чувствовал? С чем связывался образ?

Collapse )

КАК ЕВЛАМПЬЕВ ЕЛКУ ПОКУПАЛ (вторая подача, окончание)

КАК ЕВЛАМПЬЕВ ЕЛКУ ПОКУПАЛ (из романа «Вечерний свет») - окончание эпизода

Евлампьев подождал, пока милиционер выдавит всю толпу наружу, протиснулся вслед за ним, толпа на глазах разваливалась, рассыпалась, и он свободно прошел к своей шапке, черно лежавшей на утоптанном, сбитом в твердь сотнями ног, синеватом в ртутном свете фонарей снегу.

– Гляди! Старый черт, а туда же – нахрапом без очереди! – услышал он разгневанный женский голос, надевая успевшую остыть, сделаться как ледяная шапку.

Collapse )

НОВАЯ МАРИЯ АНТУАНЕТТА

Неизвестно, произносила ли супруга короля Франции Людовика шестнадцатого Мария Антуанетта эти знаменитые слова о народе: «Если у них нет хлеба, пусть едят пирожные». Есть версия, что при всем презрении Бурбонов к своему народу, нежелании видеть его нужды – при желании самим вести роскошный образ жизни, – данная фраза – всего лишь выдумка революционно настроенных памфлетистов.

Collapse )